ДОСЬЕ: А | Б | В | Г | Д | Е | Ж | З | И | Й | К | Л | М | Н | О | П | Р | С | Т | У | Ф | Х | Ц | Ч | Ш | Щ | Ы | Э | Ю | Я

Для связи: Главный редактор → press@kompromat.wiki | Отдел PR и СМИ → pr@garant.cc

Запрет на экспорт круглого леса поможет обогатиться Владимиру Евтушенкову

Материал из Компромат
Перейти к: навигация, поиск
Источник: Версия
76
Владимир Евтушенков

13.07.2021Лес-кругляк из России можно вывозить только до конца нынешнего года. Это серьёзное изменение в лесопромышленном комплексе страны, где крутятся десятки миллиардов долларов. А значит, неизбежен передел рынка. Разбираемся, кто выиграет от нововведений.

Нельзя сказать, что запрет на экспорт кругляка в корне изменит ситуацию в лесопромышленном комплексе (ЛПК). На самом деле вывоз необработанной древесины в последние годы снижался и так. С 2009 по 2019 год этот показатель сократился[1] более чем втрое – с 49 млн до 15 млн кубометров. Для сравнения: в России ежегодно рубят[2] до 230 млн кубометров леса. Правда, в виде кругляка зачастую вывозили и пиратски добытую древесину, которая не попадает в статистику. К примеру, в прошлом году было выявлено 0,5 млн кубометров добытых незаконно стволов. Наверняка что-то прошло и мимо правоохранителей, но в любом случае цифра выходит не запредельная.

Подвинуть китайцев

Предложений по борьбе с чёрными лесорубами была масса. Так, вице-премьер Виктория Абрамченко высказывала[3] идею оснастить всю лесозаготовительную технику маячками ГЛОНАСС и вносить данные о ней в Лес-ЕГАИС (это государственная система учёта). Таким образом, неучтённую технику можно было бы выявлять с помощью современных средств мониторинга. Однако на просторах российской тайги есть где спрятаться, так что инициатива заранее выглядела фантастично. Также звучало предложение ограничить вывоз кругляка в Китай, куда уходит большая часть добычи чёрных лесорубов. Однако здесь вмешалась политика: ущемлять Китай в угоду Европе у нас не принято. В итоге было решено вообще поставить в вопросе экспорта кругляка точку и запретить вывозить весь необработанный или грубо обработанный лес. Теперь цены на сырьё на внутреннем рынке должны если не снизиться, то хотя бы замедлить рост.

Впрочем, есть мнение, что серьёзных изменений новый запрет не вызовет. В отрасли говорят, что китайцы в последнее время предпочитают завозить к себе готовые доски – так транспортные издержки ниже. Потому, для того чтобы соблюсти требования российского законодательства, они просто завезут в сибирскую тайгу больше китайских пилорам, на которых будут работать больше китайцев. А закупать лес не на рынке, а на корню посредством российских юрлиц они уже давно научились.

Впрочем, есть информация, что на профильных совещаниях уже обсуждается план дальнейших противодействий китайским охотникам за российскими елями. Очевидный шаг – увеличение экспортных пошлин на пиломатериалы. Но предлагаются и более сложные схемы в духе сложившегося в России госкапитализма. Уже проговаривается[4] идея создать в стране лесную госкорпорацию, которая получит монополию на экспорт пиломатериалов, а частные компании смогут покупать у неё квоты на вывоз. То есть назревает ещё один передел рынка руками государства – теперь уже не экспортного, а внутреннего. Ведь кому-то госсубсидии на развитие переработки дадут, а кто-то останется ни с чем.

Расширить господряды

Судя по всему, в первую очередь на преференции могут рассчитывать уже имеющиеся крупнейшие переработчики древесины. Например, производитель целлюлозно-бумажной продукции Группа «Илим». Его гендиректор петербургский бизнесмен Захар Смушкин обладает[5] личным состоянием в 1 млрд долларов и немалым лоббистским ресурсом. К примеру, он участвовал в разработке закона о защите и поощрении капиталовложений, который был принят в России в прошлом году и остался незамеченным из-за пандемии. Таким образом, на целлюлозно-бумажном рынке России уже есть сильные лидеры, и передела здесь ждать вряд ли стоит.

Совсем другое дело – производство мебельных плит и стройматериалов. Самым известным производителем мебели в России является шведская IKEA. Шведы давно работают над локализацией производства и могли бы получить какую-то выгоду от изменения российской лесной политики и даже претендовать на господдержку. Но похоже, что у них начинаются проблемы с российскими регуляторами. В конце июня таможня предъявила IKEA претензии на 1 млрд рублей, так что в ближайшее время у менеджеров IKEA будет много других забот помимо создания новых производств. К тому же любой крупный инвестпроект нужно будет нацеливать на экспорт, где на чужом рынке мебели придётся играть по чужим правилам. То ли дело производство стройматериалов.

Да, россияне, в отличие от финнов или канадцев, всё-таки предпочитают каменные дома. Но денег у граждан становится меньше, отчего количество деревянных домов год от года растёт. Если в 2009 году было введено в эксплуатацию 7,5 млн квадратных метров деревянных зданий, то в 2020-м – 9,4 миллиона. При этом в ближайшее время индустрия деревянного домостроения сильно изменится. Минпромторг и Минстрой разработали приоритетный проект «Развитие деревянного домостроения». Он предусматривает, что к 2025 году объём деревянного домостроения должен составить 24 млн квадратных метров. На поддержку отрасли планируется направить солидную сумму – 24,3 млрд бюджетных рублей. И это ещё без учёта потенциальных субсидий для лесопереработчиков от лесной госкорпорации, если такая будет создана. Небольшие строительные компании с заказчиками-дачниками такого прироста цифр обеспечить не смогут. Потому получить внушительное количество «деревянных» квадратных метров Минстрой планирует прежде всего за счёт социальных объектов – больниц, детских садов и жилья для льготников, производить домокомплекты для которых придётся в индустриальных масштабах. Тем временем Минстрой уже позаботился о том, чтобы упростить жизнь будущим исполнителям госконтрактов. В 2019 году были приняты новые правила проектирования зданий с применением деревянных конструкций, которые позволяют максимально удешевить строительство. К примеру, разрешено использовать для обшивки каркасных стен четырёхмиллиметровую ДВП. Вряд ли такие строения будут долговечными. Однако исполнителям господрядов это только на руку: быстрее сломается – быстрее поступят новые заказы.

Больше пожаров – больше прибыль

Кто же заработает на переделе леса? Первые возможные бенефициары уже наметились. Компания Segezha Group в конце июня объявила, что вложит 6,5 млрд рублей в реконструкцию Лесосибирского ЛДК № 1. Сообщается[6] о планах наладить здесь производство домостроительных CLT-панелей, которые позволяют возводить многоэтажные здания. Это будет уже второй такой завод компании, первый был запущен в начале года в Вологодской области.

«Огромный плюс CLT-панелей в том, что их можно использовать при срочном строительстве жилья на территориях, которые пострадали от наводнений или пожаров. Такие дома можно построить за два-три месяца», – заявил[7] на открытии завода зампред Совета Федерации Юрий Воробьёв. Судя по речи высокопоставленного гостя, можно предположить, что судьба проекта уже оговорена на самых высоких уровнях власти и без заказов он не останется.

Чтобы был понятен масштаб происходящего, нужно сказать, что Лесосибирский ЛДК № 1 ежегодно перерабатывает 1,5 млн кубометров кругляка. А вологодский завод Sokol CLT называет себя лидером по выпуску деревянных конструкций. Его мощность – 50 тыс. кубометров готовой продукции в год. Компания Segezha Group входит в АФК «Система». Этот холдинг контролирует такие известные компании, как сотовый оператор МТС, интернет-магазин «Озон», агрохолдинг «Степь», сеть частных клиник «Медси», и много ещё чего прибыльного. Основным владельцем АФК «Система» является миллиардер Владимир Евтушенков (41-е место в российском рейтинге «Форбса», личное состояние оценивается в 3,4 млрд долларов). При этом деревоперерабатывающие мощности Segezha Group – не единственный лесной актив АФК «Система». В прошлом году холдинг купил[8] ООО «Сибирский лес», которое строит в Красноярском крае целлюлозное производство.

Судя по всему, холдинг Евтушенкова взялся за переработку древесины основательно. При этом есть данные, что Segezha обеспечена[9] собственным сырьём только на 70%. А значит, компании приходится закупать кругляк и нововведения на лесном рынке пойдут ей на пользу.

Вряд ли можно говорить, что такие крупные инвестпроекты поспособствуют сохранности российских лесов. Но вот прибыль на госзаказах их владельцы наверняка получат немалую.

Ссылки и сноски